0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Яйца в бочке

Уникальные операции

Московский институт скорой помощи имени Склифосовского хорошо известен не только в России, но и за её пределами. В институте выполнено большое количество сложнейших операций, спасших жизнь многим людям.
На каждого пострадавшего, доставленного в институт, немедленно заводилась «история болезни». История болезни — это такой специальный форменный бланк, в котором указано, когда и по какой причине пострадавший доставлен в институт, какой прошел курс лечения и в каком состоянии выписан.
Однако, были в институте выполнены две уникальные операции, на которые «история болезни» не заводилась. Мне о них рассказал мой приятель, работавший тогда заместителем главного врача института.

Операция первая
Кодовый шифр «Ноготь»

Москва — город многомиллионный, поэтому количество людей, ухитрившихся поломать себе скелет, разодрать телеса или отравиться, нахлебавшись «бормотухи», а то и ещё чего посерьёзней, ежедневно исчисляется сотнями. И всех их, конечно, волокут в институт скорой помощи им. Склифосовского, или, как говорят в Москве, в «Склиф».
Ну, что касается отравившихся «бормотухой», то тут дело решается просто и быстро: дают выпить большую дозу рвотного, ставят клизму, отводят в сортир, а потом отпускают с Богом на волю. Гуляй, Вася!
Во всех остальных случаях в «игру» вступают хирурги. А поскольку нуждающихся в срочной хирургической помощи, как правило, много, то в Склифе постоянно дежурят несколько хирургических бригад. Такая бригада состоит из хирурга, анестезиолога, хирургической медсестры и двух санитаров.
Однажды случилось так, что сидят хирургические бригады, а «материал» для работы не поступает. Это, конечно, хорошо, что люди не калечатся, но хирургам-то без дела скучно. Вот сидят они и скучают. Вдруг один из них говорит:
— Ребята, у меня на большом пальце правой ноги ноготь вырос как-то криво, врезался в мясо, ходить больно. Вырежьте его к чёртовой матери, благо другой работы у нас сейчас нет.
Конечно, все охотно согласились оказать помощь своему товарищу. Не долго думая, владелец ногтя разделся и залёг на операционный стол. Обычно такую плёвую операцию делают под местным наркозом. Замораживают палец и режут или вырывают что там надо. Но тут хирурги решили обслужить своего коллегу с наибольшим комфортом.
— Слушай, — сказали они, — давай-ка мы тебя соперируем под общим наркозом. Уснёшь, а проснёшься — ногтя нет и в помине. Милое дело.
Предложение понравилось, и обладатель вредного ногтя сказал:
— Правильно, давайте, братцы, погружайте меня в сон.
Тут же положили ему на лицо маску и включили подачу хлороформа. И никто не догадался выяснить, может ли он переносить общую анестезию. А у него как раз была врождённая аллергия к хлороформу, о чём он и не догадывался. Поэтому, как только он вдохнул пару раз хлороформ, наступила клиническая смерть. Маску немедленно сорвали и стали проделывать с ним всякие манипуляции, которые полагается делать в таких случаях. Но это не помогало. Оставался единственный шанс спасти своего собрата — прямой массаж сердца. Не долго думая, дружки-хирурги вскрыли ему грудную клетку, выкинув пару рёбер, чтобы добраться до сердца, и стали это самое упрямое сердце массировать. Это помогло, сердце заработало, малый раздумал умирать и задышал ровно.
Все облегчённо вздохнули, старательно заштопали грудную клетку и велели подать каталку, чтобы перевезти больного в реанимационную палату. Каталку немедленно подкатили к операционному столу, и санитары уже взялись было перекладывать на неё больного, но хирурги сделать им этого не позволили. Они решили до конца самим всё сделать для друга, и поэтому стали сами перекладывать его со стола на каталку. Но большого опыта в таком деле у них не было, и поэтому, вероятно от чрезмерного старания, они ухитрились уронить его на пол. И уронили так «удачно», что сломали шейку бедра как раз той самой ноги, на которой был кривой ноготь, из-за которого и началась вся эта катавасия.
Пришлось снова втаскивать его на операционный стол. Втащили, разрезали кожу на тазобедренном суставе и посмотрели, что там произошло. Тут же провели оперативное совещание, чтобы решить, что делать. Сошлись на решении, что для того, чтобы этот бедолага мог ходить, надо забить в этот сустав не то штырь, не то гвоздь из нержавеющей стали. Однако эту операцию следует делать под общим наркозом, так как, если оперировать без наркоза, то придётся спешить, а в спешке можно сделать что-то не так и тогда он будет хромать всю оставшуюся жизнь. Тут же вспомнили, что общий наркоз он не переносит и может, получив наркоз, вообще «отдать концы». Провели ещё одно оперативное совещание и пришли к выводу, что хромой человек, но живой, всё же лучше, чем по всем правилам починенный труп.
Приняв такое решение, стали забивать гвоздь. Не нужно обладать богатым воображением, чтобы понять, что чувствует человек, когда ему в кости забивают без наркоза гвоздь.
Конечно, сначала он орал изо всех сил. Но по мере заколачивания силы его уменьшались, и он просто кричал, а к концу операции мог только слабо и жалобно подвывать.
В общем, забивание гвоздя прошло благополучно, санитары переложили его на каталку и повезли в реанимационную палату вместе с кривым ногтем, который так и не отстригли. Про него просто забыли.

Операция вторая
Кодовый шифр — “Яйца”

Однажды, к концу рабочего дня, в операционную, не задерживаясь в приёмном покое, ввалился здоровенный детина. На нем был ватник и шапка-ушанка, одно ухо которой свешивалось вниз, а другое кокетливо смотрело в небо. От него за пять метров чувствовался изумительный аромат: смесь крепкого перегара и бензина. А такая смесь, как известно, весьма опасна: стоит поднести горящую спичку и рванет почище, чем в Нагасаки. В общем, сразу было ясно, что малый является представителем славного племени шофёров.
— Ты, дядя, зачем припёрся сюда? — дружелюбно спросили его хирурги.
— За помощью, — ответил странный посетитель.
— Да какая тебе нужна помощь? — удивились хирурги, — ты вон какой здоровяк. Если бы все были такими бугаями, как ты, то врачи вообще бы остались безработными.
— Да не мне нужна помощь, — сказал бугай, — а моему дружку.
— А где же твой дружок?
— На улице, сидит в кузове машины.
— Ну, так пусть слезает с машины и идёт сюда.
— Да не может он слезть
— Это почему же он не может слезть?
— Да он сидит на бочке!
— Как это он сидит на бочке?
— Как, как. Сидит, как обычно сидят на бочке — верхом.
— Ну, так пусть слезает с бочки и идёт сюда.
— Да в том-то и дело, что слезть с бочки он не может!
— Что же это за бочка такая, с которой нельзя слезть?
— Бочка как бочка, обыкновенная, из-под бензина, других бочек в гараже не бывает.
— Так почему же он не может слезть с бочки из-под бензина?
— А потому, что у него яйца в бочке!
— Это какие еще яйца?
— Какие, какие. . . Обыкновенные яйца. Его собственные.
— А зачем он их туда засунул?
— Не зачем, а за что. За поллитровку.
— Ну, так пусть вынет свои яйца из бочки.
— Да в том-то и дело, что вынуть их он не может.
— Как же это так? Засунуть яйца в бочку смог, а вынуть не может?
— Да ведь дело-то в том, что отверстие у бочки маленькое, оба яйца враз не проходят, вот он их и просовывал поочередно, сначала одно, а потом — другое. А из бочки яйца поочередно как будешь вытаскивать? В бочке-то нет же человека, чтобы управиться с яйцами.
— Послушай, дядя, — сказали хирурги, — ты толком расскажи, как такое могло случиться.
А случилось это так. К концу рабочего дня съехались шофёры в свой гараж. Для начала «оприходовали» пару литров «беленькой», и, естественно, фантазия у шофёров разыгралась. Захотелось сделать что-нибудь возвышенное, так сказать, для души. Тут один и предложил премировать поллитровкой того, кто засунет яйца в бензиновую бочку. Храбрец тут же нашёлся. Засунуть-то их он смог, а вынуть обратно не может.
— Ладно, — сказали хирурги, — давай сюда твоего наездника на бочке, посмотрим, что можно сделать.
Верные друзья — шофёры принесли бочку с сидящим на ней всадником и поставили посреди операционной.
Одного взгляда было достаточно, чтобы хирурги убедились, что медицина, как говорится, в сем случае бессильна.
Наступило длительное молчание.
— Вот что, братцы, — сказал, наконец, один из хирургов, — не позвать ли нам какого-нибудь еврея. Евреи — народ обрезанный и хитрый, уж еврей обязательно придумает рациональный метод выхода из этой сложной ситуации.
Но тут у всех присутствующих вспыхнул приступ национальной гордости.
— Нет, — сказали они, — раз пострадавший является истинным христианином, то и помощь должен оказать православный христианин, а обрезанного к такому святому делу допускать никак нельзя.
Стали дальше думать, что делать.
Тут один из присутствующих сказал:
— А ведь снять его с бочки проще простого. Отрезать яйца, и вся недолга.
Но с этим не согласился сам наездник. Он не только не дал согласие на отрезание яиц, но и объявил официальный протест, заявив, что расставаться с яйцами не намерен, они, дескать, ему ещё могут пригодиться и вообще они ему дороги, как память. Однако он почему-то не уточнил, о чём память.
Снова на несколько минут наступило тягостное молчание.
Вдруг одного из хирургов осенила гениальная мысль.
— Братцы, — воскликнул он, — что мы тут напрасно головы ломаем. Тут нужен не врач, а специалист по скобяному делу.
И все сразу поняли, что именно только такой специалист сможет снять человека с бочки. Тут же вспомнили, что институтский слесарь-водопроводчик Евсей Петрович и является большим спецом в скобяном деле, и срочно послали за Евсеем Петровичем посыльного.
Спец по скобяному делу явился, поглядел на бочку и от удивления засунул себе в нос указательный палец правой руки. Потом, так и не вынимая пальца из носа, он два раза обошел вокруг бочки с человеком и стал, ничего не говоря, смотреть на неё какими-то печальными глазами.
Опять потянулось какое-то неловкое молчание.
— Евсей Петрович, — сказал, нарушив молчание, один из хирургов, — а что, если вырезать автогеном отверстие, такое, чтобы можно было руку просунуть, этот бедолага сунет в отверстие руку и вытолкнет яйца тем же порядком, что и засовывал?
Евсей Петрович вынул палец из носа, внимательно посмотрел на него, как бы спрашивая совета, а потом решительно сказал:
— Нет, так нельзя!
— А почему нельзя?
Евсей Петрович еще раз посоветовался со своим пальцем и объяснил.
— Если резать дыру автогеном, то железо нагреется, можно сказать, раскалится, а от такой температуры яйца могут враз свариться вкрутую и при ходьбе будут громко стучать и даже звенеть. А это причинит окружающим сильное беспокойство, может даже привести к тому, что от него уйдет жена. Какое же это бабе удовольствие совокупляться со звоном.
— А как же быть?
Евсей Петрович ещё раз посоветовался со своим мудрым пальцем и промолвил
— Автогеном нельзя, а высверлить дыру дрелью вполне возможно.
Рекомендация была принята единогласно, и после двух-трёх часов работы по сверлению бочки пленник был освобождён, сохранив свои яйца в целости. Но в итоге из своего гаража он уволился — уж очень часто стали ему предлагать ещё раз покататься на

Новое в блогах

Три истории о странной мужской логике

Одно из любимых мужских занятий — обсуждать женскую глупость, критиковать интеллект блондинок, и все абсурдные глупости, непостижимые мужскому разуму. Особенное удовольствие при этом мы получаем при возлиянии датских капель и живительного пива. Однако и в мужской классической логике, порой встречаются такие абсурды, что остается только широко развести руками, и разинув рот, произнести многозначительное — да-а-а-а!

На эту тему хотелось бы рассказать три истории, которые произошли в разное время, с разными людьми, и объединены между собой только своей абсурдностью по отношению к хваленой мужской логике.

Первая из них моя, т.е. в моем пересказе история из далекого советского прошлого. Другая найдена в просторах инета, а третья, которая в струю предыдущим, заимствована у Валерия Зарецкого.

Как поспорили мужики – можно ли в пивную бочку яйца свои засунуть

История, неоднократно слышанная мной, в теперь уже далекие 70-е годы. Ее можно было бы принять за выдумку незадачливых шутников, но личный жизненный опыт настойчиво подсказывает что она достойна доверия.

Итак, произошло вот что.

В те самые, теперь уже далекие времена, на улицах продавалось настоящее бочковое пиво.

В какой-то точке устанавливали настоящую деревянную бочку с пивом. В ней было небольшое отверстие, в которую вставляли шланг, и при помощи некоего насоса, продавщица качала живительную влагу прямо в кружки, выстроившихся в очередь, мужиков.

Тогда было повсеместной традицией — после работы мужикам пройти релаксацию, т.е. пропустить стаканчик водочки, и заершить пивком. Была поговорка: водка без пива — деньги на ветер.

Эта традиция имела свою давнюю историю, и зародилась еще во времена Древнего Рима, когда патриции и плебеи, одинаково часто посещали бани, где они не просто мылись, но и пили древнейшее древне-риское вино для повышения потенции своих интеллектуальных способностей, и вели мудрые философские беседы об устройстве мироздания, государственной политике, и дурах бабах, и некоторых анатомических особенностях их телоустройства, и мужских победах. Каждый новый император, желая оставить в памяти народа добрую память о себе, прежде всего строил не пирамиды, а новые колизеи, и, обязательно, БАНИ.

Примерно так было и у нас — собирались то мужики не просто так, а поговорить и пофилософствовать, порешать важные государственные вопросы, обсудить производственные проблемы, на которые на работе не хватило времени, пожалиться на то, что все бабы такие …уки, но моя — это просто грымза гремучая …

Читать еще:  Тесто на куличи пасхальные

Так вот — собралась одна такая компашка — приняли беленькой на грудь, залакировали пивком, и чтобы далеко не бегать для продожения удовольствий — устроилась недалеко от пункта раздачи радостей, т.е. рядом с пустыми уже пивными бочками.

И спонтанно зашел у них такой разговор — можно ли засунуть в отверстие бочки свое яичное хозяйство?

Разные, конечно мнения высказывались. Одни говорили — да, это возможно. Другие, с пеной у рта, доказывали полную невозможность этого. Третьи (подлые соглашатели) — мудро рассуждали о том, что это смотря какое хозяйство, и надо при этом учитывать погодные условия, влияющие на расширения отверстия, и мужского хозяйства, и непредвиденные обстоятельства … Каждая сторона приводила веские аргументы, которые противная сторона, своими конт.аргументами, разбивала вдребезги. Короче говоря, спор достиг своего апогея, а консенсуса было не видать!

И вот, один самый отчаянный мужичок, поспорил со своим оппонентом, аж на целый трешник — засуну — здесь и сейчас впендюрю…

Визави, такой же горячий, вынул последнюю заначку от благоверной, и пари состоялось.

Публика горячо поддержало спорщиков, и стала делать ставки.

Спускает мужик штаны, залезает верхом на бочку… Публика замерла …

На глазах у всех, под барабанную дробь, он пытается вкатить свое хозяйство — но не выходит — калибр не сходится. Тогда он, с хитрой, торжествующей улыбкой, делает настоящий воинский маневр — осторожно вкладывает в сравнительно небольшое отверстие, яйца поштучно. Как общеизвестно, содержимое содержится в мошонке, где его можно слегка перекатывать. Он этой анатомической особенностью он и воспользовался.

Взрыв аплодисментов, восторги поклонников, его торжествующая морда, огорченный соперник — все это длилось непродолжительное время — настал час его славы. Но слава вещь непродолжительная, и неустойчивая. Настало время слезать с бочки.

Вот тут-то комедь превратилась в трагикомедь …

Туда-то он засовывал перекатом. но мошонка это ведь не мешок на веревочке, и там яйца выстроились возле самого среза дырки, не позволяя сделать маневр перекатом. Он уж, и так, и сяк — не выходит, и не выходят. Неблагодарная публика забилась от смеха в истерике. Особенно в этом деле изгалялся оппонент неудачного спорщика, подло надеявшийся оставить себе проигрыш.

Тут уж, и сам победитель запаниковал. Стал дергать от отчаяния сильнее и сильнее. От этого хозяйство налилось кровью, разбухло, и совсем отказывалось вылезать. У мужика чуть ли не слезы на глазах.

Чем больше мужик старался вытащить, тем сильнее хохотала публика. Вот уж поневоле вспомнишь — хлеба и зрелищ!

Не буду надоедать мелкими подробностями этого лицедейства. Коротко подведу итоги, закончив повествование.

Шум возле бочек привлек внимание продавщицы. Выяснив причину шума, возмущенная этим безобразием, громкими женскими нелицеприятными комментариями, она собрала вокруг несчастного большую, любопытную толпу зрителей. Затем она вызвала мордастого помошника, который кувалдой разбил бочку, а виновнику за убытки набил морду.

Вот вам и мужская и женская логика, и проза жизни!

Как физики лампочку глотали (из инета)

Как-то проходил в Москве слёт типа заслуженных преподавателей вузов, и среди огромного их количества оказалось всего три мужика. Ну, естественно, решили они это дало отметить. Собрались в номере у одного из них и давай отмечать. Тут в люстре перегорает стоваттная лампа. Они зовут ответственного за лампы бабушка, этот бабушк меняет им лампочку, а перегоревшую оставляет на столике.

Ну, преподы уже изрядно наотмечались, сидят, балдеют. Тут один, глядя на эту лампочку, принимается просвещать остальных, что если стоваттную лампочку засунуть в рот, то обратно ее уже не вытащить. Завязывается спор. Один из оппонентов—препод по физике—говорит: «Как так?! Я как кандидат наук со всей ответственностью заявляю, что если можно засунуть, то можно и вытащить!», — сует себе лампочку в рот, пытается вытащить, она не вытаскивается. Тянули они её, тянули, по-разному пробовали — не выходит. Ладно, решили ехать в травмпункт. Поймали такси, приехали, ловят медсестру. “Вот, — говорят, — мужик с лампочкой во рту. Чё делать?”. Медсестра думает: «Во прикольщики!» — и начинает их посылать. Когда ей показывают потерпевшего, она в истерике бежит за хирургом. Тот приходит, смотрит и бьёт ребрами ладоней по тем местам, где нижняя челюсть соединяется с черепом. У физика рот открывается ещё шире, лампочка выскакивает, а мужик так и остается с открытым ртом.

Хирург объясняет, что это нормально, просто мышцы были изрядно напряженны, а теперь наоборот — сильно расслабленны и сокращаться пока не будут, но часа через три можно уже будет пробовать говорить.

Ну, ладно. Заслуженные преподы благодарят врача и направляются назад в гостиницу на такси. Физик спереди — открытой пастью светит. Остальные сзади, Едут, обсуждают происшедшее. И один из них — самый недоверчивый — снова затягивает старую песню: «Не могу понять, почему она не вытаскивается, и всё тут!» — «На! — протягивает ему лампочку зачинщик эксперимента, — возьми и сам попробуй». Попробовал, не вытаскивается. Едут назад. Ловят медсестру. Та снова бежит за хирургом. Хирург долго смеется, но лампочку вынимает. Ловят частника. Едут в гостиницу. Двое из троих зияют открытыми ртами. Водила спрашивает у единственного способного говорить: «Чё? Дебилов везешь?». Тот отвечает: «Какие дебилы! Это кандидаты наук и всё такое. Просто они лампочку в рот засунули, а вытащить не смогли». Водила не верит, его убеждают, он не убеждается, ему дают лампочку, он её сует в рот, она не вытаскивается.

Разворачиваются, вдут в травмпункт. Ловят медсестру. Успокаивают её и посылают за хирургом. Приходит хирург, долго матерится, проводит процедуру извлечения и со словами «чтоб не повторялось» разбивает лампочку о стол. Ладно, садятся снова в машину. Благодарный водила с открытым ртом везёт их в гостиницу. Машину останавливает гаишник, и давай докапываться, в чём дело: три имбицила и один алкаш в одной тачке. Водила пытается объяснить ему на пальцах, но получается у него плохо. Единственный нормальный, но изрядно подвыпимший, объясняет-таки менту суть происходящего. Тот молча идёт в свою будку. Там гаснет свет. Гаишник возвращается, открывает заднюю дверь и жестами просит подвинуться. Изо рта торчит цоколь лампочки.

Едут в травмпункт. Ловят медсестру. С трудом доводят её до самотранспортабельного состояния. На неслушающихся ногах она направляется в сторону кабинета хирурга., Оттуда раздаётся женский вопль и грохот падающего тела. Открывается дверь. Выходит хирург с неестественно открытым ртом.

Валерий Зарецкий — Эх, Яблочко.
Чего только пьяному в голову не придет!
Как-то изрядно поддав горячительного, поспорили мы с друзьями, кто яблоко больше откусит. Выбрав самое большое яблоко, я раскрыл свою «варежку» как можно шире и раскусил яблоко пополам — одна половина в руке, другая во рту. Застряла, мля — рот закрыть не могу, шире сделать тоже, пытался пальцем яблоко выковырять, палец не влазит. Короче, засада.
Стою, пробка во рту, глаза на выпучку, мычу как Квазимода, испугался, блин. А дружки ржут-уссыкаются. Аж до слез. Мне тоже хоть плачь — челюсть-то больно! В общем, изрядно наржавшись, до них дошло, что мне требуется помощь. Думают, как достать. Тут второй приступ смеха — берут штопор и давай его мне в рот закручивать. Закручивают и бьются в истерике. Кто-то аж на пол упал, катается. Вытащить не смогли. Штопор вырвался из яблока, оставив маленькую дырку. — Вот так и ходи.
Дышать можешь? Можешь. А яблоко — чтоб не базарил много. — А самих просто рвет на части. Тут дело дошло до ложек. Положили меня на диван, сами ложками яблоко выковыривают, да приговаривают: — Нифига себе тарелочка! Мля, я сам уже от смеха задыхаюсь, они уже просто шевелиться не могут.
Наконец, яблоко треснуло, и я вытолкнул остатки языком. Рот не закрывается. — Рот-то закрой, Мичурин, а то мухи нагадят, — продолжают сочувствующие. Тут откуда не возьмись муха, и прямо мне в рот. Воцарилась тишина потому, что от спазмов смеха уже никто не мог произнести ни звука, одни корчующиеся от смеха рожи.
Ну, в общем, на следующий день шевелиться никто не мог, у всех болел живот . Хотите верьте хотите нет. )))

Сказка, рассказанная на ночь..

Давно это было… так давно, что многие с тех пор успели родиться и вырасти.

Работала я в те времена развитого социализма на подстанции «Скорой помощи» фельдшером.

Те, кто постарше, наверняка помнят пивнушки того времени, называли их в народе «шалманы».

К этим пунктам массового сбора жаждущих подвозилось пиво в деревянных бочках, при опустошении предыдущей, из очередной бочки выбивалась деревянная пробка, в дырку вставлялся насос, и все это сооружение поступало в пользование «крановщику», так называли продавцов пива. Использованные бочки просто выставлялись за дверь павильона и использовались посетителями как столы, на них выстраивались батареи пивных кружек, вокруг них велись философские споры, решались мировые проблемы, возле них находили временное пристанище те, кто не рассчитал дозу. Простые деревянные бочки, схваченные стальными обручами.

— Третья бригада, на вызов! Третья бригада, на вызов! – ожил сонный матюгальник*.

Засунув очередной детектив в карман, поднимаюсь со скамеечки во дворе подстанции. Очень, нужно сказать, уютная скамеечка, расположенная под кустом сирени. Даже в летний полдень там всегда тенисто и прохладно.

— Ну, и что у нас сегодня плохого? – спрашиваю я доктора Витю по дороге к машине.

Врач как-то странно взглянул на меня, но промолчал. Садимся в машину.

— Куда? – спрашивает водитель Саша. Врубив мигалку и сирену, он уже выруливал из двора.

— К «шалману» на Речном вокзале, — отвечает доктор.

— А что, опять нас на птичью болезнь погнали? Пусть вытрезвитель едет! – начал возмущаться Саша.

— Нет, Саша, там хуже… — хмуро выдавил из себя доктор.

— Сердце? – в вопросе появились сочувствующие нотки.

— Еще хуже, — голос врача зазвучал скорбно.

— Труп? – влезла я в разговор.

— Ещё хуже, — заверил нас врач.

— Что же может быть хуже трупа?! – возмутилась я.

— Мужику бочкой яйца защемило, — наконец открыл нам тайну доктор.

— Чего? – у нас с Сашей отвисли челюсти. Даже машина, как мне показалось, особенно надсадно взвыла, выразив свое удивление.

— Что написано в карточке, то и говорю, — подытожил наши расспросы врач.

Ещё подъезжая, мы заметили толпу, кучкующуюся у «культурного» заведения. Сделав каменные лица, мы стали просачиваться в центр, куда были обращены взгляды всех присутствующих.

В самом центре скопления народа, сидел верхом на бочке мужичек со спущенными штанами. Он стыдливо натягивал рубашку на колени и ежился, стараясь стать меньше и незаметнее. Толпа, немного отхлынувшая при нашем появлении, начала сжиматься вокруг нас, задние старались придвинуться поближе, чтобы не пропустить предстоящее представление.

— Что произошло? – невозмутимо спросил врач у мужичка.

— Да мы это… с мужиками поспорили.

— Ну? – спросил врач.

— Ну да, поспорили…

— Что я, на спор, оба яйца в дырку засуну.

— В какую дырку? – удивился врач.

— Да вот в эту, — мужичонка оставил в покое рубашку и махнул рукой на стоящую рядом бочку. – Из-под затычки, которая…

Доктор Витя осмотрел стоящую рядом бочку и изрек:

— Почему это? – обиделся мужичок, — Я их по одному в дырочку протолкнул, — объяснил он, явно гордясь своей смекалкой.

— Засунуть можно, а вот вытаскивать как? Кто тебе их оттуда по одному выталкивать будет?

Мужичок усиленно заскреб затылок.

— Дык, я и не подумал об этом, когда спорил…

— Понятно, что не подумал. А вот теперь давай вместе думать, как их вытаскивать – предложил Витя.

— Мы с мужиками уже полчаса думали… — горестно пожаловался спорщик.

— И до чего додумались?

— Если б додумались, разве вас стали бы вызывать? Попытались бочку разобрать, так чуть не оторвали!

— А на что поспорили?

— На две кружки пива.

Доктор, постояв над спорщиком, пошел к машине.

— Луна*, Луна, это третья бригада.

— Свяжитесь с пивзаводом, узнайте, смогут ли они аккуратно разобрать бочку? Мужик на спор мошонку в дырку от пробки засунул, там уже отек начинается.

Рация замолчала. Народ, оставив восседающего на бочке мужичка, переместился к машине. Ну конечно, ведь самое интересное происходило именно там, а на сидящего они уже насмотрелись. Обсуждения закончились, народ, затаив дыхание, ожидал ответа. Через пару минут рация ожила.

— Вить, они говорят, что за такое не возьмутся.

— А «пластилиновый»* у нас в каком состоянии? Он сможет?

Снова несколько минут ожидания. Мужики, услышав непонятные слова, с уважением смотрели на врача, ожидая вердикта некоего «пластилинового»

— Мужики, ну чего зря толпиться? Идите, ловите грузовик, сейчас повезем вашего спорщика, — повернулся к столпившимся врач.

Никто не стронулся с места, все ждали ответа.

— Вить, третья бригада! – снова ожила рация.

— Слушает третья бригада.

— «Пластилиновый» в полном порядке, говорит, что раз плюнуть – разобрать бочку.

— Понял. Готовьтесь к приему груза, — пошутил доктор.

Загипнотизированная ожиданием толпа сразу очнулась, народ бросился на дорогу, выполнять распоряжение врача. Через пару минут пойманный грузовик уже подруливал к пивнушке. Быстро и споро загрузили в кузов бочку, с сидящим верхом мужичком, бочку привязали к бортам машины, чтобы она не ездила по кузову, а спорщика примотали к бочке, чтоб не слетел на ухабах.

Мы тронулись в путь. Впереди, завывая сиреной и ожесточенно мигая проблесковым маячком, медленно ползла наша машина, а за ней полз грузовик. Мужичек, восседая на бочке, пытался натянуть штаны повыше и рубашку пониже, но ветер сводил все его усилия на «нет», да и много ли сделаешь одной рукой, ведь второй он судорожно цеплялся за бочку. Ветер развевал рубашку. Даже трамвай притормозил, пассажиры прильнули к окнам, а некоторые высовывались в форточки, чтобы рассмотреть эту процессию – нечасто нашим жителям доводилось видеть подобное. Попутные и встречные машины сбавляли газ, даже гаишник провожал нашу процессию задумчивым взглядом. Потом, опомнившись, он догнал нас на машине, расспрашивая, что произошло. Витя объяснил в двух словах:

Читать еще:  Чем полезны свежие куриные яйца

— Мужик на спор засунул яйца в бочку. Вытащить не получилось, везем на подстанцию разбирать бочку.

Нашу колонну возглавила машина ДПС, присоединив свой голос к нашей сирене, гаишник требовал освободить дорогу… народ выскакивал даже из магазинов и контор, заслышав эти жуткие завывания и крики в мегафон, тем более, что скорость движения не превышала двадцати километров.

На подстанции нас уже ждали. Все свободное от вызовов народонасление высыпало во двор, боясь пропустить наш приезд. «Пластилиновый», став на время центром внимания, приосанился и даже почти не качался, держа наготове свой чемоданчик с инструментами. Названия этих инструментов я не знаю, потому что все они были сделаны его руками и аналогов не имели. Он даже причесался и застегнул рубаху.

Бочка была разобрана за минуту, пленник освобожден. Подхватив штаны, он натянул их и бросился наутек. Кто-то свистнул вслед

— Видимо, за выигрышем побежал, — констатировал доктор Витя, провожая беглеца взглядом.

— Спасибо, Паш, — поблагодарил врач «пластилинового»

— Делов то…, — махнул рукой спаситель и удалился к себе в подвал.

· Матюгальник – средство громкого оповещения работников о предстоящей работе. Голос диспетчера, доносящийся из этого средства связи очень неприятного тембра, особенно ночью, когда хочется спать. J

· Луна – позывные диспетчерской «Скорой помощи» в то время.

· «Пластилиновый» — наш слесарь, обслуживающий подстанцию, мастер на все руки, в не совсем пьяном состоянии может подковать блоху, в трезвом виде его никто не видел, отсюда и прозвище.

Яйца в бочке

Байки реаниматологов 2.
31 августа, 13:45
После первой беседы с реаниматологом-аферистом(начало тут)
http://vinauto777.livejournal.com/46839.html последовали прочие.
Попробую восстановить некоторые по памяти.
-Саш,а что бы реаниматологом стать-это учиться хорошо надо?
-С ума сошел? Работа собачья ж,берут кого ни попадя.
-Дык ж ,эта. вот . как же ж?
-А вот так. Потому и живем так недолго.У нас Михасика в реанимацию определили-уж на что мы привычные-но и то петицию написали.
-Какого Михасика?
-Был у нас на курсе один. на курсах,точнее. Лет 10 учился. На релашке сидел. К диплому у него доза была 20 кубов .
-Это много?
-Это слону много!
-И как он госы сдал?
-Да ему б все поставили-так заебал. О! Я вспомнил. У него вопрос был-«Действия при анафилактическом шоке»
-Это че?
-Аллергия.В тяжелой форме.Вот. А Михасик стоит-глазками хлопает,он же тугой совсем.
Ну препод так наводяще,мол,ну что вам это напоминает? И подмигивает. Типа шок он и есть шок-там все похоже. Но Миня как партизан-ни звука. Ну ему кто то из жалости-на всю аудиторию типа-шепотом:
-Гормоны! Гормоны!
Миня подхватил:
-Гормонов,грит,надо.
Ну препод обрадовался, как ребенок,ему б хоре сказать,ан нет,повело кота на блядки:
-А еще?
Ну я смотрел на этот цирк,смотрел,и думаю,сколько ж народу этот дебил угробит. Ну и так же -театральным шопотом:
-И горячие парафиновые ванны!
Ну Миня и брякни радостно за мной:
-И ГОРЯЧИЕ ПАРАФИНОВЫЕ ВАННЫ!
Ректора выносить пришлось. Ему плохо стало. Так ржал-челюсть вставная метра на три улетела.
То есть представь-только кому чего не то вколят,его немедля: хуяк! -и в парафин макай!
-И что?
-Не помогло-дали ему диплом и в кардиореанимацию устроили. Мы его доктор Менгеле прозвали.
Как не выезд-так покойник. В конце концов не выдержали-написали,что б этого серийного убийцу от нас сплавили. Его на повышение отправили. Сейчас в Минздраве не последний человек,руководит,лечить учит.
-Гонишь!
-Если бы!
-А ты?
-Что я?
-Тебя сразу в архангелы определили?
-Не.Меня поначалу на завод отправили-в медпункт.
-На какой завод? Военный?
-А у нас что,другие были? Если да-мне об этом не известно.
-И как там?
-Как и везде. Травматизм на фоне алкоголизма. Вечно кого-то чем-то прищемит. Но один раз запомнился.
-?
-Работяги забились на пузырь-сможет ли один из них яйца в 200-литровую железную бочку просунуть.
-Героическое парни!
-Не говори!
-И как?
-Да как нехуй делать.Полемист снял портки,влез на бочку и в отверстие пальцем яйцы по одному пропихнул. Минутное дело.
-А в чем прикол?
-А в том что внутрь бочки палец не засунешь. И яйца назад не вытянешь.
-Ай. погодь. плохо мне.
-Тебе? А мне каково было-когда эта делегация заявилась? Пятеро бочку тащат и победитель за ними
враскоряку семенит.Причем они ж сами хотели автогеном резануть. Повезло-бочка старая. Были б там пары от краски-он бы на Луну улетел. Правда , не весь. Тестикулы б тут оставил.
-Ой. бля. погоди!
-Чего погоди?! Я себя сам нашатырем откачивал.Причем эти стоят серьезные ,как часовые у Мавзолея. Яйца караулят.
-Аууууууу!
Ты вот слушаешь-валяешься-а я ВИДЕЛ!
-Хррррррр!Уй. Аааа. так что там с автогеном?
-Что? Понятно что! Бочка нагрелась-этот орет-больно же!
-Уййййййй.
-Во-во. Причем я как-то растерялся. Ну нет про это в учебниках!А гегемоны-на меня так с укором глядят:мол 6 лет в институте хуи пинал-даже яйца из бочки железной вынимать не научился! Доктор называется!
-И как?
-А ножовкой! Часа три херачили.
-Вынули яйки из лукошка?
-Хуй! У него мошонка затекла-назад не выходят. Пихай не пихай.Орет еще.
-И что?
-А ничего-я его к однокашникам в травму отправил.Чего мне одному веселиться?
-С почетным караулом?
-Не. Он обрел свободу движений.Яйценосным стал. Руками перед собой красный обрез бочки тащил(там раньше краска была)-с синюшными яйцами наружу. Красиво.
Я его спецом через заводской двор провел. Пусть люди порадуются.Народ должен знать своих героев. Я их знаю:не покажешь результат-назавтра во все бочки затычки найдутся.Напоминал он художника ,кстати: тащил выстраданную картину. В раме.
-И как народ?
-Вповалку. У главбуха, правда, челюсть из суставной сумки вылетела-пришлось вправить.
А в травме нехорошо вышло.Я ж по телефону ничего не говорил.Сурпрыз готовил. А тут приезжаем-я народ созвал,дверь в буханке распахнул и, жестом фокусника:
-Дамы и господа ! Вашему вниманию предлагаются бочковые яйца!-простынку и сдерни.
-Ихррррррр?
-Сергуня кааак ебнется с лестницы. Побился сильно.
-Аууууууу! Булгаковщина прям:роман «Роковые яйца»! Ой!
-Вот. Таковы они-суровые челябинские парни.
-Так чем кончилось то?
-Да вытащили. потом.
-Без последствий?
-Ну как сказать. без последствий для генофонда. Дети у него вряд ли будут.
-Ну это,пожалуй и к лучшему.
-И я так полагаю.

Если позволяет возраст и отсутствие мозгов, то почему бы и нет?
В этот раз отсутствие мозгов натолкнуло нас на одну прекрасную и весьма
талантливую пакость.

… Во дворе дома рабочие варили гудрон. Бочки дымились, рабочие
матерились, черное месиво булькало и все это вместе создавала такую
романтическую атмосферу, что мы, мелкие пацаны ну никак не могли пройти
мимо.

— Дядя, а дай нам немного гудрона? – два уличных хлопца с ведром стояли
перед прорабом, который, только что пообедав и приняв на грудь, был в
весьма прекрасном расположении души. Одним из этих хлопцев с ведром был
я.

Дядя доброжелательно оглядел нас, сказал что-то типа да йтытьблнахбись
оно в рот, берите, жалко что ли, нах? И отлил полведра черного,
горячего месива.
Мы поначалу собирались его залить в разные формы и понаделать всяческого
интересного, но сосед, существо никогда не трезвое и поэтому регулярно
битое женой, встретившись нам на пути буркнул что-то типа «опять что-то
сперли, бандиты малолетние», и тем самым предрешил свое ближайшее
будущее.

Нам стало резко обидно, тем более, что в этот раз мы ничего не сперли, а
очень даже честно выпросили. Фактурные изделия из гудрона отошли на
второй план, а на передний вылез вопрос – как напакостить соседу за его
слова несправедливые, ранящие трепетные детские души?

То, что нас опасались почти все взрослые соседи, никоим образом не
говорит о пробелах в воспитании и огрубевшей духовности. А вот сосед
этот нас не опасался. Он был смелым и глупым, этот сосед.

На повестке дня резко обозначился вопрос, как наказать соседа, чтобы
впредь он не говорил про нас всякости несправедливые и порочащие.

Предложение залить гудроном замочную скважину было отметено ввиду его
неэстетичности. Также не было принято во внимание предложение нассать на
коврик перед дверью. Во-первых, писать мы не хотели, а во-вторых хорошо
помнили, как за этим делом заловили пацана с нашего двора. Сначала его
воспитывала предполагаемая жертва в виде шарообразной тетки, потом его
воспитывал папа лично, потом его папу воспитывала тетка, потом папа,
вдохновленный теткиными непедагогическими словами, опять воспитывал его,
потом все вместе дружно пошли к тетке и пацан собственноручно стирал
коврик в теткиной ванне. Потом пацан пошел домой, а папа остался. Потом
пришла с работы мама и с виртуозностью средневекового иезуита выпытала
все события дня минувшего. Потом он вместе с мамой пошел показывать
квартиру, где писал на коврик. Но мама почему-то на коврик даже не
посмотрела. А посмотрела она взглядом тяжелым, как кузнечный молот на
дверь и сказала – «Иди сынок домой».
Что там было не знает никто, только испуганные соседи тихим шепотом
рассказывали друг другу, как мама катала шарообразную тетку по
лестничной площадке, и как папа, после теткиного самогона кривой как
ветка саксаула, скакал по подъезду в семейных трусах и кричал, что он де
тимуровец и помогает людям стирать обосанные хулиганами коврики.

В общем, вспомнив сию трагедию, мы отказались от такого мщения.
Мы зашли в подъезд, посмотрели на соседскую квартиру… Кто помнит,
раньше, когда все было плохо и застойно, обувь выставляли в коридор. Да,
все тогда было плохо, но обувь стояла. И никто ее не воровал. Хотя было
все плохо. Да.
В этот раз перед соседскими дверями стояли его валенки. Нам, тогда еще
мелким мальчишкам, эти валенки казались туннелями в вонючую преисподнюю.
Про вонючую я ни капельки не преувеличиваю. То, что сосед выставил свои
валенки за дверь, можно было определить по запаху еще с первого этажа.
Собаки, инстинктивно опасаясь сжечь свои обонятельные органы, боялись
заходить в подъезд. А летом к нам даже мухи не залетали по той же,
наверное, причине. Потому что у всех нормальных людей над дверью висела
подкова, а у соседа – валенки. То, что один раз он спрятал в них бутылку
водки, а валенки не выдержав упали на крашенную макушку его супруги, не
отвратило его от привычки развешивать вонючие войлочные произведения
искусства над дверью.

Но сейчас была зима, и два валенка, прижавшись друг к другу, дружно
пованивали стоя на посту около двери.

Не скажу, что идея пришла внезапно. До этого мы много всяких перебрали,
но остановились именно на этой.

На какое-то время валенки исчезли, а через час опять появились. С виду
все как было, так и осталось. Даже запах. Запах мазута, котором они были
испачканы снаружи и запах мертвых носков пополам с запахом мокрого
войлока изнутри.

Сосед как обычно пришел вечером, выписывая ногами такие кренделя, будто
тащил на себе не тело худосочное, а минимум вагон с арбузами.

— Ведро выкини! – раздалось от его двери и мы прильнули к глазку,
стараясь одновременно рассмотреть эффект. А эффект был! Не зря же мы,
проявляя чудеса художественной лепки, целый час лепили из податливого
гудрона к валенкам дополнительные десять сантиметров к носку, а потом,
выкинув из холодильника все полки, остужали это вонючее произведение
искусства. То, что валенки стали на десять сантиметров длиннее, сосед
вроде бы и не заметил, списав это на лишний самогон в теле. Это мы
поняли, когда он не сумев совладать с новым размером, навернулся еще на
подходе к лестнице. Кряхтение соседа, собирающего содержимое
рассыпавшегося ведра про «забористый самогон» и «нифига себе поужинал»
намекало на то, что к валенкам у него претензий не было. В щелку
приоткрытой двери мы смотрели как сосед, напоминая уже три раза
подорвавшегося сапера, ползает по лестничной площадке таща за собой
потяжелевшие валенки и ничего не подозревая. Выглядело все так: — увидя
очередную картошкину очистку, сосед, стоя на коленях, вытягивал вперед
руки, опирался на них, потом со стоном рожающей двойню подтягивал одну
ногу, секунду отдыхал, потом подтягивал вторую. Противостояние с
валенками, обретшими новую силу, давалось нелегко. Соседа становилось
жалко. Еще тревожило одно обстоятельство. В процессе перемещения тела и
подтягивания ног с валенками, последние шаркались вылепленными
гудронными носами об пол и немного деформировались. А мы их так
тщательно замазывали мазутом, который соскребли с этих же валенок! За
соседом оставались два черных следа и возникало впечатление, что он
резко ударил по тормозам и пошел юзом, оставляя следы шин.
Когда сосед встал и опустил глаза вниз… В общем ведро, упавшее из
ослабевших пальцев опять упало и немного разгрузилось на пол неопрятной
кучкой. Но соседу было пофиг, он с ужасом смотрел на кончики валенок,
которые после ползанья по полу теперь напоминали ласты моржа, правда не
такие пропорциональные, как у этого прекрасного животного. Мужик шлепал
губами, шевелил в воздухе грязными пальцами, будто плел невидимую
паутину и пытался найти логичное объяснение увиденному.

Логичного объяснения найдено не было. Это мы поняли, когда сосед
осторожно, будто его за яйца держит бешенная горилла, покинул валенки,
двумя пальцами поднял их и на вытянутых руках понес на помойку. Босиком.
На его лице блуждала… Не, не улыбка… Скорее выражение человека,
постигшего вселенскую мудрость, или открывшего источник вечной
молодости. С тех пор валенок перед его дверью не наблюдалось.

Картотека «Загадки про яйцо»

Гульсиня Гибадуллина
Картотека «Загадки про яйцо»

14 загадок про Яйцо.

Катится бочка, нет в ней ни сучочка. (яйцо)

Под ледком, под молоком стоит чашечка с медком. (яйцо)

Домик круглый, домик белый, домик был сначала целый,

Читать еще:  Что совместимо с яйцом

А как треснул наконец, так и выскочил жилец (яйцо)

Может и разбиться, может и свариться,

Если хочешь, в птицу может превратиться. (яйцо)

Не разбив горшочка, не съешь каши. (яйцо)

Белый тулупчик сшит без рубчика. (яйцо)

Нашёл я шар, разбил его, нашёл золото и серебро. (яйцо)

В беленькой комнате жёлтая барыня живёт. (яйцо)

У меня есть крепость: снаружи — серебро, внутри – золото.

Хоть весь мир соберётся, такую не построит. (яйцо)

В одной стеклянке болтаются,

А никак не смешаются. (яйцо)

В одном кувшинчике два разных вина –

Как ни болтай, никогда не смешиваются. (яйцо)

Какая еда, хоть вари её в пяти пудах соли,

Никогда не будет солёной (яйцо)

Избушка нова – жильца нет.

Жилец появится – избушка развалится. (яйцо)

Белый дом с жёлтым жильцом.

Дом трещит, жилец пищит. Что за дом (яйцо)

Картотека «Загадки про хлеб» Все загадки здесь10 загадок про Хлеб*** И комковато, и ноздревато, и мягко, и ломко, а всех милей. (Хлеб) *** Рос сперва на воле, в поле.

Картотека «Загадки про корову» Гуляя по Геленджику, мы увидели такую чудесную композицию. Разве можно было не сфотографировать? 11 загадок про корову. *** У ног кузовок.

Картотека «Загадки про лук» 22 загадки про лук. Рубрика «Загадки» *** Сидит дед, во сто шуб одет. Кто его раздевает, тот слёзы проливает. (лук) *** Я вырос на грядке,.

Картотека «Загадки про мороз» Пояснение к публикации22 загадки про мороз*** Без рук, без топорища выстроен мостище. (Мороз) *** Он приходит в зимний вечер зажигать.

Картотека «Загадки про одуванчик» Загадки здесь17 загадок про Одуванчик*** Шарик ветром обдувается, парашюты разлетаются. (одуванчик) *** Пушистый цветок качнул ветерок.

Картотека «Загадки про самовар» Все загадки здесь11 загадок про Самовар*** В небо дыра, в землю – дыра, А в средине огонь да вода. (самовар) *** Никогда не ест, а только.

Картотека «Загадки про собаку» 16 загадок про собакуВсе загадки здесь Лежит – молчит, подойдёшь – заворчит. (собака) *** Заворчал живой замок, лёг у двери поперёк..

Картотека «Весенние загадки» Приходит с добром, Веет теплом, Светом солнечным красна, А зовут ее. (Весна) Растёт она вниз головою, Не летом растёт, а зимою, Но солнце.

Несчастные случаи, связанные с мастурбацией

#1 Arch Enemy

  • Доверенные
  • Пользователь 4

    Как-то дали мне вызов 25м плохо. Hу я особо не тороплюсь, сели, поехали.
    Значит приезжаю, открывает мама этого моего 25м и с порога говорит:
    — Вы только плохо не подумайте, он у меня мальчик хороший, у него вот понос был, так он это и заткнул себе.
    И что вы думаете я обнаружил у него в анальном отверстии? Утеплитель такой белый, толстый, им проемы в панельных домах заделывают.

    А вот еще, кто-нибудь находил во влагалище колпачки от дезодорантов с предысторией «была в бане поскользнулась и прямо на него села»? Бывает, а при метеоризме будут свистульку в задницу вставлять. на нашей ПСТ не так давно был один вызов скажем так «инородное тело»-мужичек один засунул себе в задницу морковку около 20см длиной-играл в сексуальные игры сам с собой. Всякое бывает и фанарики карманные в анале и стержни в уретре, а однажды возили »любителя зверей » дал своей собачке облизать член, итог был печален для них обоих.

    Еще во время практики на 03 однокурсница попала на вызов типа ж.25, оказалось инородное тело влагалища. Молодые люди решили поэксперементировать и засунули куриное яйцо, сырое. А фельдшер попался достаточно скромный парень. Кто слышал его отзвон по рации- до утра смеялись.

    Коллеги, а я слышал замечательную историю о том, как один молодой парень играл сам с собой в замечательную игру — засовывал себе в уретру толстую леску или тонкую проволоку, а затем медленно вытаскивал и получал невероятные, по его словам, ощущения. И вот как-то решил пойти на рекорд — взял тонкую медную проволоку и засунул себе так, что несколько миллиметров тоько в пальцах остались. И в самый последний момент у него что-то там спазматически сократилось и кончик юркнул вглубь. Сам достать он не смог, промучался несколько дней, а затем обратился в урологию. Врачи в шоке на операции извлекли из мочевого пузыря около то-ли 5, то ли 10 метров. Вот так, а вы «морковка»!

    А вот за достоверность этого случая, не могу поручиться, но мне его рассказывал хирург, при котором это было. Он тогда работал в сельской местности. И вот как-то приходит пациент, а него из ануса торчит натуральный свинной хвост-закорючка! Хирург в шоке, а пациент рассказывает. Живет он один, была у него свинья — он ее на мясо откармливал. Hу и забил, значится. И что-то ему в голову вступило (наверное по палеолиту соскучился) — отрезал у нее хвост и засунул в задницу! Подурачиться решил! Только не учел одного — щетина у свиньи ого-го и растет к хвосту, т. е. вставить можно, за милую душу, а вот вытащить — нет! Она там как зонтик раскрывается! Промучился бедолага 3 дня, а затем пошел к врачу сдаваться. Хирурги конечно посмеялись, но инородное тело удалили и присоветовали в следующий раз уже с коровьим приходить — чтоб помоднее!

    А мы один раз приехали к деду по поводу задержки мочи. У него впервые в 86 лет обострилась аденома предстательной железы. Так этот маразматик подумал, что у него что-то там засорилось и решил себе почистить уретру. Для этой цели вытащил из веника прутики, до кучи взял тонкую проволочку и давай наяривать! Слава богу, ничего внутрь не провалилось, но разодрал слизистую себе прилично. В итоге, был катетеризирован мягким катетером, моча была спущена, больной благополучно оставлен дома!

    Hапомнили старую, бородатую историю, когда на стройке отличились пьяные работяги. Стальная бочка, а с боку узкое отверстие для залива. Так вот один пьяный урод на спор засунул свои (пардон) Яйца в это отверстие. Засунул-то по одному, а вот вынимать. В общем госпитализация верхом на бочке!

    Еще один неплохой вызов бригады ЦИТО: 2 часа ночи, повод м25 травма полового члена. Предыстория такова. Посадили юношу в тюрягу, а там шибко грамотный доктор ему говорит: Чтоб ничего в процессе жизни не подцепить, давай-ка тебе крайнюю плоть зашьем. Сказано-сделано. Зашили почти все, оставили отверстие для естесственных нужд. Зато, говорит, здорово- у всех триппер, а у меня нет! Освободился. Hо приобретенная конструкция со временем растянулась, да и девушке его не очень нравилась. И решил он исправить положение. Приняв на грудь анестетика грамм 400 Столового вина №21, остатками обработал опер. поле и инструмент (сечку для капусты), выложил оперируемое место на разделочную доску и саданул. Видимо 400гр. уже всосались в неокрепший организм, в результате чего прицел сбился. Вместо обрезания получилось отрезание(правда частичное). Вот такая грустная история из собственной практики. Далее иммобилизация шпателями, асептическая повязка с большим бантом на конце, т. к. уролог в 29 ГКБ женщина. Мы джентльмены, блин.

    Мне тут же вспомнилась еще одна история, правда не совсем связанная с медициной — но я думаю вы строго не осудите — хоть посмеетесь. Вы наверняка знаете, что существует Анти Дарвиновская премия — неофициальная премия которую некоторое общество в Америке выплачивает за самую дурацкую смерть и тем самым освобождение человечества от своего генофонда. Итак, три дурня в США нажрались пива и пошли в гольфклуб, так как все трое состояли в нем в качестве постоянных членов и гольф был их любимым развлечением. А так как все трое были поддатыми, возник спор, что один из них сможет помыть свои (пардон) яйца в мойке для мячиков для гольфа. Мойка представляет собой тумбу метровой, или около того высоты, с двумя отверстиями — сверху и сбоку. В верхнее вы кладете мячик, включаете мойку, она его промывает и выбрасывает вам сбоку. Пьяный дурак взгромоздился сняв штаны на мойку, сел на корточки и засунул мошонку в верхнее отверстие, а один из его друзей включил мойку. Яйца были загнаны внутрь мойки, где благополучно застряли, а пострадавший потерял сознание от боли и свалился с мойки. Так как расстояние до земли больше чем длина мошонки, она благополучно разорвалась, в результате чего — одно яичко навсегда застряло в мойке, а второе исковерканное до невозможности схоронилось в остатках мошонки. В довершение всего придурок упал на новую клюшкю для гольфа, стоимостью в 300 баксов и погнул ее. Когда он был доставлен в больницу — второе яичко и остатки мошонки были удалены, так как спасти их не удалось. Hаконец, все трое были с позором исключены из гольф-клуба. Создатели премии долго думали — отдать ему ее или не отдать — он же не погиб! Hо затем решили все-таки отдать — потому что, хоть он и не погиб, но потеряв яички, навсегда избавил генофонд человечества от своего наследственного материала!

    Hапомнили одну историйку. Жила-была одна особа тридцати с хвостиком лет, которая решила разнообразить свой досуг рукоблудием, а в качестве «энтого самого дела» додумалась использовать обычную электролампочку. Hо, видать, сила оргазма превысила запланированную, поскольку лампочка «в энтом самом месте» и лопнула. Читать про это, конечно, смешно, но отнюдь не смешно тащить глухой ночью с 9-го этажа здоровенную бабу с давлением 40/0, из которой текло как из лопнувшего целллофанового пакета, с подключичным катетром! Мораль — мастурбация тоже требует соблюдения техники безопасности!

    А чего далеко ходить? В районе обслуживания одной из подстанций имени товарища Пучкова на юге москвы (скорее даже юго-востоке), жила была бабушка Клюева (фамилия не изменена, ибо царствие ей небесное) и вызывала та бабушка родимую «03» с завидной регулярностью. по три-четыре раза за смену и всегда с одной и той же жалобой на зуд во влагалище. И ваш покорный слуга, случалось к ней выезжал, и ершик мужу дарили. и валидол с нитроглицерином ей в разные места запихивали. Время шло, бабка старела, к основной жалобе добавлялись потихоньку такие как АД, П/С, всерьез их никто не принимал ессно, но как ездили бригадки так и продолжали ездить, пока не заехала туда одна врачебная бригадка да не посоветовала бабушке больше воздухом дышатть. вот хотя бы на балконе. Бабушка совету вняла, и через недели три на ПСТ был объявлен национальный праздник, потому как констатировать падение с высоты 15 этажа (высоко жила бабущка) поехала бригада с этой же ПСТ. Это может кому то показаться циничным. но долго еще на ПСТ говорили: «хоронили бабку Клюеву, порвали два баяна». P.S.: и это не скачано с интернета, элькисом буду!

    М, 14 лет, боли в яичке. Приехали, мама так участливо под ручку меня берет и говорит «Вы знаете у нас там так болит!». Я говорю что не мешало бы больного увидеть. Захожу в комнату сидит чудо 14 лет и держется за причинное место, при этом изрекая: «Я при маме ничего говорить не буду!». Маму есесьно вывели, надо же узнать что с парнем. Hу, говорю, показывай что у тя там болит. Когда пацан снял штаны, мне стоило титанических усилий, чтобы не заржать в голос, член цвета как крестик наш. Hу, спрашиваю:
    — Мастурбируеш?
    — Чего?
    — Я говорю онанизмом занимаешься?
    — Что простите?
    Тут я не выдерживаю:
    — ДРОЧИШЬ.
    — ДА, ой то есть нет.
    — Hу так да или нет?
    — Hу один раз, случайно. — сдержать улыбки я уже не смог.
    — Hу и сколько это случайно за сегодня было?
    — 13 раз.
    — СКОЛЬО. Что же спровоцировало.
    — Я у папы порно нашол, раньше не видел.
    После этого с треском распахивается дверь и мама, которая с большим ухом стояла за дверью и все это слышала, врывается в комнату и начинает ребенка лупить чем то по голове. Маму оттащили, сначало провели сан просвет работу с пацаном, потом с мамой на кухне, а в дверях столкнулись с папой, посочувствовали ему и вышли. А за дверью слышалось: «Ты старый мудак, не мог получше спрятать. «.

    Извращенцы рождаются пачками. В прошлом году мужик засунул себе в анус фарфорового зайчика. Только уши торчали. 15 ГКБ билась в истерике и срочно гнала студентов-практикантов посмотреть на чудо. Только отболело. Мужик (другой уже) засовывает себе туда же работающий вибратор и упускает его. Итог — смерть (наверное на пике оргазма) на операционном столе в связи с разрывом диафрагмы. Женщина бальзаковского возраста засовывает во влагалище сотовый телефон, работающий в режиме виброзвонка, и звонит со своего домашнего на свой мобильный. А стране нужны герои.

    Вспомнил сейчас еще одну байку. За достоверность не поручусь — то ли где-то читал, то ли где-то слышал. Поступает вызов с поводом «маточное кровотечение». Приезжает бригада квартира вроде ничего, живет одна дама средних лет и ее кошечка.

    У дамы все как положено — течет кровь из влагалища, не сильно, но все же. Hа все вопросы дама отвечает — никогда ни чем не болела, а сегодня вдруг раз и потекла.

    Собираются ее осматривать, раскладывают и видят, что клитор пркактически оторван и оттуда по губам течет кровь, затекает во влагалище и течет уже оттуда, что создается иллюзия маточного кровотечения.

    Hа недоуменные взгляды сотрудников дама начинает объяснять: что живет, мол, одна, мужика 10 лет в глаза не видела, а тут захотелось ей себя побаловать и вместо обычной мастурбации она намазала область клитора валерьянкой и пустила кошечку полизать.

    Кошечка, не будь дурой, полизала (а так как дама валерьянку-то подливала постоянно для продолжения банкета), когда нализалась, хватанула ее зубами за клитор и убежала. Больная была доставлена в ближйшую гинекологию.

  • Ссылка на основную публикацию
    Adblock
    detector